Григорий Лепс:

«Ради семьи я могу положить жизнь не раздумывая» 

Редкий день, когда все многочисленное семейство Григория Лепса 
собралось дома. Артисту в кое-то веки никуда не нужно спешить. Рядом — жена Анна, дети. И даже старшая дочь Григория, Инга, сегодня здесь: только- только вернулась из Англии...

В этом доме все подчинено главе семейства — для него создают уют, его покой оберегают

Наш журнал празднует 15­-летие.
И для героя юбилейного номера «Отдохни!» Григория Лепса 2012 год
тоже «круглый»: в июле певец отпразднует 50-летие, а в декабре даст по случаю этой даты четыре сольных концерта в Крокус Сити Холл, билеты на которые уже сейчас трудно достать – почти все раскуплены!
— Я и сам не верю, что мне уже 50. А может, это слухи, которые нужно проверить. Или надо у мамы спросить год моего рождения (смеется). Кстати, мама  не любит ходить на мои концерты, говорит, я так ору на сцене, что ей кажется, будто я вот-вот взорвусь.
На торжество приедет много друзей отовсюду. Нужно будет организовать их пребывание в Москве. Всех встретить, расселить, нанять целый парк машин, чтобы развозить гостей в нужные им места. Говорят ведь, что день рождения — праздник не для именинника, а для его гостей. Ты работаешь, они отдыхают. Хорошо, что есть моя команда, которая возьмет на себя все хлопоты. 

«Теперь есть кому продолжить род» 

Григорий, незадолго до 50­-летия сбылась ваша мечта о наследнике. Cкажите, с рождением Вани ваше мировоззрение как-то изменилось?
Я бы не сказал, что кардинально. Для меня семья всегда была самым важным в жизни. Я просто не могу представить себя без своей жены и детей. Это святые для меня люди, ради которых я могу положить жизнь не раздумывая. Ванечка не особо изменил траекторию движения нашего семейного корабля. Разве что я стал еще более счастливым, более ответственным, потому что появились дополнительные заботы и они греют мне душу.
Мы ведь так долго ждали прихода Вани в нашу семью! Даже имя ему приготовили загодя, верили, что родится мальчик. Ваня наш общий любимчик. Дочери носятся с ним целыми днями, он для них как живая игрушка. Появился Ваня, и я наконец-то успокоился, ведь теперь есть кому продолжить род Лепсверидзе.
Внимания к дочерям с вашей стороны не поубавилось?
Всем детям поровну. Когда я прихожу домой, Ева и Николь забираются ко мне на колени и засыпают вопросами, ответы на которые я нахожу не сразу. Они у меня такие «почемучки»! А Ваня в это время ходит кругами: подойдет, покажет мне свою машинку, что-то пролопочет и пойдет дальше. 

Воспитываете сына иначе, чем дочерей?
Он еще маленький, но уже сейчас мы стараемся быть с ним построже, нежели с девочками. Хотя поводов наказывать он пока не дает — ведет себя прилично (смеется). Если пытается нашкодить, делаю ему замечание. Он смотрит на меня и совершенно не понимает, чего я от него требую. Похлопает глазами и снова за свое. Ванька такой забавный, что я иногда могу часами наблюдать за его действиями. Очень подвижный, веселый и абсолютно не вредный малыш. 

Есть ли у вас в запасе непреложные истины, которые будете внушать Ивану на протяжении всей жизни?
Ничего нового я не придумал. Есть правила мужского поведения, которым нужно следовать, чтобы сохранить в себе мужское начало. Чтобы, как говорится, не зря носил штаны. Очень хочу видеть Ваню увлеченным каким-либо спортом. Хочу отдать его на борьбу, бокс, чтобы умел защитить себя в жизни. А еще на плавание — для общего укрепления организма.
Мне кажется, воспитать девочек гораздо проще, чем мальчиков. Но я буду проповедовать ему те же истины, которыми руководствовались мои родители при воспитании меня... за некоторым исключением (грустно улыбается). Пройдя через многое в жизни, я постараюсь оградить сына от излишних и губительных соблазнов, коих со временем становится все больше в нашем мире. И еще важно  помочь ему определиться с окружением. Оно порой играет решающую роль в формировании взглядов и пристрастий детей.  

Григорий, вы воспитывались в кавказских традициях. А какая модель семьи у вас сейчас?
У нас «микс», всего понемногу. Коль мы живем в Москве, мы не сможем создать традиционно кавказскую семью, тем более что моя жена русская. Да, наверное, это и не нужно, иначе можно выглядеть несуразно. Можно чтить какие-то законы, традиции, но жить надо в гармонии с тем обществом, в котором ты пребываешь. Непреложный факт, что ко мне все в семье относятся с глубоким уважением, как к главе семьи, добытчику. Это даже не обсуждается. До появления Вани у нас было женское царство — жена, дочери, теща, нянечки, домработницы. Теперь же я – царь с наследником. 

Ваше слово — закон для всех домочадцев?
Скорее да, чем нет. Но в моей семье нет тирании, у нас достаточно современный подход к воспитанию детей. Хотя последнее слово всегда остается за мной. Ведь время меняется, меняются наши дети и требования к ним. Раньше отношения между людьми были более открытыми и искренними. Я не помню, чтобы родительский дом в Сочи когда-то запирался на ключ, даже на ночь. Так же было и у всех вокруг. Людям даже в голову не приходило, что можно, к примеру, что-то стащить у соседа. Сейчас же детей приходится предостерегать и беседовать с ними жестче — в духе времени.  

«Если я куда-то иду, значит, так надо» 

Скажите, а что в вас пугает жену по сей день?
Наверное, моя несдержанность. Я человек вспыльчивый, могу взорваться по пустякам. Меня иной раз и самого это пугает. Ничего не произошло, а я уже начинаю кричать, бить в барабан и швырять телефоны об стену. Я очень остро реагирую на происходящее и принимаю все слишком близко к сердцу. А ведь столько всего происходит странного и неправильного в стране, на улице, в отношениях с людьми. Многое выводит меня из себя. Мои домашние чувствуют мое настроение и стараются сгладить острые углы. Да я и сам понимаю, что бываю чрезмерно агрессивен, но такой уж мой характер. Хотя в последнее время я поубавил спесь. 

Аня спрашивает вас, куда вы едете и когда будете дома?
Это запрещенные вопросы в нашем доме. Если я куда-то иду, значит, так надо. Так зачем же спрашивать, если все равно я отвечу: «Надо». Но я всегда ставлю в известность жену, если задерживаюсь или не приду домой.
«Я Анин крест», — сказали вы как-то. На ваш взгляд, тяжело жене его нести?
Думаю, тяжело. Но Аня справляется, за что ей большое спасибо. Со мной ей бывает непросто. Я сам по себе человек непростой, со своими «тараканами» в голове.  Но если все вокруг подвержено порядку и ничто меня не раздражает, то проблем со мной возникнуть не может. Аня это усвоила твердо и старается сделать мою жизнь спокойнее, лучше. Она у меня немного другая девушка — гораздо нежнее, мягче — и ей приходится заниматься семьей. Я ведь подолгу отсутствую дома, а Аня делает с детьми уроки, провожает и встречает их из школы, водит на кружки разные. Да и Ваньку нашего она тяжело вынашивала, но молодец, справилась.
...Григорий ненадолго удаляется: нужно сделать пару срочных звонков. А к нам, пока дети заняты игрой, на разговор заглядывает его супруга.  

Анна, ваш муж рассказывал о своем взрывном темпераменте. Скажите, осколки этих взрывов сильно ранят вас?
Нет. Все «взрывные» и нервные ситуации —
это внешняя оболочка Гриши. Внутри он совершенно другой человек. И когда ты понимаешь его нутро и докапываешься до него, то начинаешь понимать, и становится легче переносить все в жизни. Я не то чтобы привыкла к проявлениям его характера. Просто я люблю человека таким, какой он есть. Он не изменится, и реагировать на какие-то взрывы в его характере не имеет смысла. Конечно, бывает, что я расстраиваюсь и переживаю, но знаю: этого не изменить, точно. 

Вы всегда идете на компромиссы?
Я ничего в себе не ломала, даже если во мне и произошли какие-то изменения. Мы с Гришей вместе уже 11 лет, за это время многое успели понять друг о друге и принять это. Я считаю, что должна создавать для него комфорт. В его жизни так много раздражителей: желтая пресса, какие-то издержки на гастролях в виде грязных поездов и плохих  гостиниц. Если ему будет некомфортно еще и с нами, то у него наступит отчаяние. Поэтому в каких-то бытовых ситуациях я, конечно, стараюсь подстроиться под Гришу. Любая бытовая ситуация не стоит семейного скандала, и не надо ее накалять. Нужно умело вывернуться, суметь перенести грядущую ссору в иную плоскость и тем самым разрядить обстановку. Мы же взрослые люди. У меня это достаточно поздний брак, и, когда ты понимаешь, что с этим человеком тебе жить всю жизнь, в ход идут такие женские хитрости.
У каждого свое предназначение. Гриша — харизматичный человек, неординарная личность, звезда, и его предназначение в том, чтобы служить народу, дарить людям радость, у него для этого есть природный дар. А мое предназначение — служить нашей семье. Не прислуживать, а служить. В этом состоянии мне комфортно, и я нисколько не напрягаюсь. Я счастливая мама и жена.
Анне нужно идти к детям, а к нам возвращается Григорий, и мы продолжаем разговор. 

Григорий, ваша старшая дочь Инга учится аукционному делу в Лондоне. Судя по тому, что вы намерены в будущем открыть антикварный салон, ее умения будут очень кстати...
Инга уже отучилась и вернулась в Москву. Она — искусствовед. Ей предложили неплохую работу в представительстве одного международного аукциона — будет подыскивать им произведения искусств. Инга неплохо разбирается в современной живописи и называет имена, которые я даже не слышал.
Что же касается применения ее навыков в перспективе, если я открою антикварную галерею... Это вопрос сложный. Антикварные салоны очень редко выживают, многие из них попросту «лопнули». Сложно выплачивать аренду и держаться на плаву, ведь антиквариат — товар штучный и не расходится так быстро, как продукты питания или мебель. Сейчас я тщательно обдумываю свой будущий проект и думаю, потяну ли я его...
Знаю, вы скупаете старинные иконы. Нет ли опасности, что религиозные святыни станут для вас модными предметами роскоши сегодня и наживы в будущем?
Иконы с годами дешевле не становятся. Отчасти это вложение средств, но это не бизнес, ведь я ничего не продаю, а лишь приобретаю. И потом, они как были для меня святынями, таковыми и остаются. Но в голове присутствует мысль, что, не приведи господи, случится такое, что мне придется продавать иконы. Расстаться с ними мне было бы очень сложно, ведь с каждой иконой связана часть моей жизни — какие-то подарены друзьями, которых уже нет в живых, что-то я скупал на последние деньги, закладывая машины и квартиры. Надеюсь, мое хобби будет иметь продолжение — хочется верить, что когда-нибудь им заинтересуется мой сын. 

«Дочь все поняла правильно» 

Григорий, Лондон — это выбор самой Инги или ваш?
Дочь часто бывала в Лондоне. Впервые поехала туда девчонкой, в 16 лет. Ездила по программе обмена студентами — полгода жила в обычной английской семье и учила язык. Эта возможность стоила каких-то денег, но оно того стоило. Поступила в колледж, затем — в  университет, а дальше стала учиться аукционному делу в «Сотбис». Я лишь сказал ей единственное, когда она собиралась уезжать в Англию: «Пойми, ребенок, твой отец не миллионер. Да, у меня есть какие-то деньги, но они тяжелые, добытые трудом.
Я готов оплачивать твою учебу при условии, что ты будешь учиться, а не проводить дни и ночи напролет на тусовках и в клубах. В противном случае я прекращу финансирование и ты поедешь жить в Сочи». 
А что, была такая опасность?
Она не была, но могла появиться. Представьте себе, вы молоды, свободны и попадаете в один из самых модных городов мира. Соблазнов масса, можно и не удержаться от желания их вкусить. Инга поняла мой наказ правильно. Я несколько раз летал к ней в Лондон и на месте убедился в этом. Дочь уже освоила два иностранных языка (английский и французский), скоро приступит к итальянскому. И Аня, кстати, тоже к итальянскому пристрастилась. Учитывая, что в последнее время местом нашего отдыха стала Италия, знание этого языка может стать для них весьма полезным.
А почему не отдыхаете в своем доме в Таиланде?
Далеко. Все-таки 10 часов полета. А в Италию — всего 4 часа, почти как в Грузию. 

«С Пугачевой я еще спою!» 

Григорий, ваш гастрольный график расписан на два года вперед. А где гарантии, что через два года вы останетесь на том же уровне славы и финансовой независимости, как сегодня? И вообще, чего ждете от жизни?
Я уверен, что через два года все будет только лучше. Я ведь много работаю. Концертирую, развиваюсь, трачу огромные суммы на покупку песен, стихов, аранжировок, знакомлюсь с новыми авторами песен, объясняю, какой бы я хотел видеть ту или иную песню. Есть еще много задумок, и я сделаю все, чтобы их реализовать.
Что еще? Направляю свои силы на то, чтобы удачно вложить свой капитал, чтобы это приносило какие-то дивиденды и давало мне возможность меньше работать и больше бывать в семье. Мне ведь не 20 лет и уже достаточно тяжело отыгрывать десятки концертов в месяц. Я удивляюсь выносливости Саши Розенбаума, Иры Аллегровой или Иосифа Кобзона, которые гастролируют по 40 лет кряду. Мне кажется, я столько не вынес бы. Сейчас стремлюсь к тому, чтобы петь не тогда, когда нужно, а когда захочу. 

Вы уже построили продюсерский центр имени себя?
Еще строим. Но все идет к завершению. Это небольшой мир, где артисты, как начинающие, так и состоявшиеся, будут подвластны музыке. Я создам им для этого все условия. Рядом с центром я строю дом, где будут библиотека, бассейн, студия, бильярдная, пара десятка кабинетов для административного персонала. Мне даже будет не нужно выезжать за ворота своей резиденции. 
Вы сказали, что мечтаете о трех вещах: спеть дуэтом с Аллой Пугачевой, спеть на Олимпиаде в Сочи и дожить до свадьбы сына Ивана. На ваш взгляд, какая из них более «сбыточная»?
Все. С Аллой Борисовной я еще обязательно спою. Она великая артистка, труженица и личность. Петь на зимних Олимпийских играх в родном Сочи я готов, осталось лишь дождаться решения правительства. Если удостоюсь такой чести, это будет праздник души. Ну а станцевать лезгинку на свадьбе Ванечки — моя святая обязанность. На-деюсь, я эту миссию выполню. 

Рамазан Рамазанов. Обложка и фото: Александр Кузьмин/Bildfabrik